Мультикультурализм и культурный релятивизм

Происламистские левые опираются на мультикультурализм (не в качестве положительного жизненного опыта, а в качестве социальной политики и политической позиции), отрицая существование инакомыслия и загоняя бесчисленных людей с бесчисленным множеством характеристик в одну воображаемую однородную группу – «мусульманская община» или «мусульманский мир». А поскольку господствующую культуру определяют те, кто стоят у власти, эта точка зрения считает исламистские ценности и чувства характерными для «настоящих мусульман».

На самом деле, «мусульмане» или те, кому приклеена такая этикетка, включают в себя также светски настроенных людей, бывших мусульман, атеистов, вольнодумцев, активистов борьбы за права женщин, участников кампаний ЛГБТ и социалистов.

Отождествление исламизма с «мусульманами» – таков нарратив, распространяемый исламистами в попытке присвоить себе право представлять их.

Вопреки обычному взгляду, реакционным исламистам дается власть в качестве «лидеров общин» не потому, что те действительно представляют «мусульманскую общину», но из-за их доступа к государственной, политической власти и их связей с политическим исламским движением. Мультикультурализм служит для государства наиболее дешевым способом аутсорсинга социального контроля.

Очевидно, что «мусульманская община» является синонимом исламизма не в большей степени, чем англичане являются синонимом Английской лиги защиты или христианство – правых христиан.

По иронии судьбы, «презирающие» мультикультурализм крайне правые вовсю пользуются его идеей различий для того, чтобы делать козлами отпущения «других» и продвигать свою собственную форму политики «белой идентичности». Постмодернистские левые также используют мультикультурализм для защиты культурного и этического релятивизма, солидаризируясь с угнетателем.

Принять исламистские россказни о том, что исламизм – то же самое, что мусульмане, – значит отдать огромное количество людей в руки политического исламского движения и игнорировать наличие инакомыслия, политической, социальной и гражданской борьбы и классовой политики.

Такое смешение означает, что тех, кто бросают вызов исламизму, обвиняют в культурном империализме и «ориентализме», потому происламистские левые купились на култьтурно-релятивистское представление о том, что общества на Ближнем Востоке и в Северной Африке (и «мусульманская община» на Западе) являются «исламскими» и «консервативными». Хотя власть имущие определяют господствующую культуру, однородной культуры нигде нет. Те, кто считают оппозицию против чадры или законов шариата «иностранной» и «неприемлемой для данной культуры», учитывают только чувства и ценности исламизма, но не тех многих людей, которые им сопротивлялся.

Только те, кто рассматривают свои права и жизни, как нечто отдельное и отличное от прав и жизни тех, кто считается «другим», и кто купился на (или сам пытается впарить) исламистские россказни , может понимать солидарность и требование равенства в такой извращенной форме.

На самом деле, такая политика не просто игнорирует инакомыслие, но и во многом запрещает его. Коалиция «Остановите войну», Социалистическая рабочая партия, «Вместе против фашизма», «Исламофобия уотч», «Респект парти», Кен Ливингстон или Джордж Галлоуэй и другие им подобные идут в первых рядах пытающихся заставить замолчать несогласных и защитить исламизм под видом защиты «мусульман». Есть много примеров, которые показывают, что они приравнивают мусульман с исламизму.

Отвечая противникам их альянса с Мусульманской ассоциацией Великобритании (которая считается филиалом «Братьев-мусульмане»), лидеры коалиции «Остановите войну» Эндрю Мюррей и Линдси Джерман писали:

«Любой хоть отдаленно знакомый с британским профсоюзным движением, должен отдавать себе отчет в том, что ни сексизм, ни гомофобия не являются редкостью в его рядах. [...] Женщина там может быть подвергнута куда более грубому сексистскому обращению, чем то, с которым она, возможно, могла бы столкнуться в Мусульманской ассоциации Британии. Никто ведь не предлагает, чтобы антивоенное движение не имело никаких связей с профсоюзным движением, пока его ряды не очистятся на 100% от такого поведения. Тем не менее, это вполне годится, как палка для битья мусульман. Такое отношение указывает на форму расизма, желание держать их организации на расстоянии вытянутой руки за огрехи, которые, в какой-то мере, допустимы в наших».

Сравнение абсурдно. Разница, конечно же, в том, что сам дух профсоюза не является анти-женским, его дух не предполагает, что отступники должны быть убиты или, как заявил недавно глава Мусульманской ассоциации Британии в ходе дебатов с представителями организации «Один закон для всех», что женщины могут быть забиты камнями до смерти. Альянс кампании «Остановите войну» с Мусульманской ассоциацией сродни тому, чтобы заключить альянс с Английской лигой защиты, а потом говорить, что раз расизм существует и в рядах профсоюзов, почему надо выделять Английскую лигу!?

Расизм и исламофобия

Эти происламистские левые считают любую критику ислама или исламизма расизмом или исламофобией. Тем не менее, критика религии, идеологии или политического движения - крайне правых или иных - не имеет ничего общего с расизмом. На самом деле, исламофобия является политическим термином, используемым для того, чтобы запугать людей и заставить их замолчать.

В некотором смысле, эти фиктивные обвинения служат исламизму таким же образом, как законы шариата служат им там, где они находятся у власти. Это помогает угрожать, запугивать и заставить замолчать критику и инакомыслие. Обвинения в оскорблении верующих и исламофобии являются эквивалентом «светской» фетвы. Это предупреждение со стороны власть предержащих о том, что является приемлемым, а что нет; что является священным и не может и не смеет быть оспорено.

Это, конечно же, не игнорирует существование расизма. Разумеется, он существует. Но расизм не может быть остановлен замалчиванием столь необходимой критики ислама и исламизма. Кроме того, как говорит участница кампании Рахила Гупта, «нынешние антирасистские альянсы... служат свидетельством капитуляции левых перед фашистами внутри, пока они пытаются организоваться против фашистов снаружи. Мы должны быть достаточно умными, чтобы выстроить политику, которая одновременно будет анти-расистской и анти-фундаменталистской, так чтобы не подвергать опасности такие уязвимые группы населения, как женщины, лесбиянки, геи и религиозные меньшинства. Как феминистки, мы были брошены на произвол судьбы теми, кто должен был бы поддерживать наше право на "обоснованную критику". Теперь, в эпоху «войны с террором», они ощущают, что время не подходящее. В расистском обществе никогда не бывает подходящего времени. Когда мы обнажаем проблемы наших сообществ, нам говорят, что мы даем оружие расистам. Для нас такого выбора не существует. Мы не можем скрывать одно зло ради борьбы с другим».

Антиимпериализм и силы сопротивления

По сути, эта поддержка левыми исламизма проистекает из их симпатии к исламизму, в котором они видят силу сопротивления против империализма. Если бы их действительно заботил расизм, они не стали бы поддерживать откровенно расистские понятия «различий» и более низких стандартов и прав для тех, кто считается «другим».

Эти левые являются частью антиколониального движения, чьи представления совпадают с мнением правящих классов так называемого «третьего мира». Они стоят на стороне «колоний», независимо от того, что там происходит. И их понимание «колоний» является европоцентристским, патерналистским и даже расистским. Для них люди в этих странах (и «мусульманское меньшинство» на Западе) – это то же самое, что и исламисты, с которыми эти люди ведут борьбу. Вот почему кампания «Остановите войну» избивает и изгоняет из своих демонстраций активистов, выступающих против иранского режима, и отвергает резолюции, которые одновременно выступают против войны с Ираном и против атак на рабочий класс и население в целом. Она считает исламизм силой сопротивления, хотя на самом деле он – не более чем реакционная сила для репрессий. Но враг врага не обязательно является союзником.

Как говорят «Женщины, живущие под мусульманскими законами»:

«Фундаменталистский террор отнюдь не является орудием бедных против богатых, стран третьего мира против Запада, народов против капитализма. Он не является законным ответом, который может быть поддержан прогрессивными силами мира. Его главная мишень – это внутренняя демократическая оппозиция их теократическому проекту и их проекту контроля над всеми аспектами жизни общества во имя религии, включая образование, правовую систему, молодежные службы и т.д. Когда фундаменталисты приходят к власти, они заставляют людей замолчать, они физически устраняют инакомыслящих, писателей, журналистов, поэтов, музыкантов, художников – как это делают фашисты. Как и фашисты, они физически устраняют «унтерменшей» – недочеловеков – включая «низшие расы», геев, умственных и физических инвалидов. И они запирают женщин «на своем месте», которое, как мы знаем по опыту, заканчивается смирительной рубашкой...»

Самая большая ирония состоит в том, что исламизм – это сила, которая появилась как крайне правое, анти-левое движение при поддержке западных держав. Только после 11 сентября отношения между ними изменились, и то только до некоторой степени. Он по-прежнему остается близким союзником, помогая управлять бунтами и революциями на Ближнем Востоке и в Северной Африке.

Эта политика предательской поддержки крайне правых движений выбила целое поколение в таком месте, как Иран, привела к недавнему убийству лидера социалистов Шукри Белаида в Тунисе и к расстрелу 15-летней Малалы Юсефзаи в Пакистане за то, что она требовала образования для девочек ...

Безусловно, предательская политика происламистских левых столь же бесчеловечна, как и политика крайне правых. Это особенно опасно, учитывая, что в отличие от политики крайне правых, ей удалось приобрести в мэйнстриме имидж «прогрессивной».

Любая принципиальная позиция должна противостоять и крайне правым всех сортов, и происламистским левым. Она должна встать на сторону универсализма, равенства для всех, секуляризма, на сторону граждан и людей, независимо от их убеждений.

Мариам Намази
 

Мариам Намази, пресс-секретарь «Кампании Один закон для всех – против законов шариата в Британии», Совета бывших мусульман Британии и «Равноправие сейчас – организации против дискриминации женщин в Иране».

http://www.secularism.org.uk/blog/2013/06/multiculturalism-and-cultural-...

Раннее по теме:

Кребберс Э. Бороться с расизмом, не защищая мультикультурализм
http://aitrus.info/node/1744

Марьем Эли Лукас. "Поддержка крайне правых во имя антиимпериализма -
это преступление"
http://www.aitrus.info/node/2503

Намази М. Борьба за свободомыслие - это историческая задача и долг
http://aitrus.info/node/1645

Против парадигмы идентичности
http://www.aitrus.info/node/2412

Федерация солидарности (Престон). Мультикультурализм, разнообразие и равенство
http://aitrus.info/node/1371