Перевешиваем материал с сайта харьковских анархистов-антимилитристов из группы "Ассамблея" о социальном сопротивлении и народных экспроприациях в городе.

Злость серых улиц. От гражданских экзекуций к похищениям и избиениям прохожих бусификаторами

Фото: Выпотрошенное отделение «Укрпочты» на Новгородской улице в Харькове. Первые дни весны 2022 г.

Утром 10 января 2024 г. из-за технического сбоя в системе начисления жалованья, приведшего к снижению зарплат до 50%, и слухов о введении новых налогов забастовали перед зданием парламента военные, полиция и тюремщики Папуа – Новой Гвинеи. Тысячи людей вышли на улицы в столице и других городах страны, вспыхнули грабежи и поджоги торговых центров и офисов компаний уличными бандами или просто безработными из нищих пригородов. По меньшей мере 22 человека погибли, в том числе шестеро найденных в сгоревших магазинах, не менее 41 получили ранения, из них 30 огнестрельные. Торговая палата Порт-Морсби оценила убытки бизнеса не менее чем в 331 млн долларов США…

Украинцы папуасов обычно презирают. Они "черные", да и зачастую до сих пор не знают о существовании евреев, поэтому все свои проблемы объясняют происками злых духов. Дикари, одним словом. А всего 4 года назад и на улицы первой столицы снизошел дух одной из самых первобытных стран мира – и не в том давно привычном для Харькова смысле разительного социального неравенства, как когда еще до этих бесконечных блэкаутов переселенцы или какие-то другие обездоленные, вчетвером-вшестером снимающие квартиру за 4 тысячи гривен, кипятят чайник на костре, а за углом пустуют комфортные предвоенные новостройки типа ЖК «Инфинити». Ныне покойный Евгений Енин, на то время первый замглавы МВД Украины, в интервью от 31 мая 2022 г. рассказывал:

«В первые дни на территории почти всех регионов мы столкнулись с попытками групп молодых людей грабить ювелирные лавки и автосалоны. Но когда они увидели, что полиция готова применять оружие для того, чтобы прекратить беспорядок, желание совершать такие преступления очень быстро утихло. Одними из наиболее частых преступлений стали угоны автомобилей, их динамика не выросла по сравнению с другими периодами, но они остались частым явлением. Сейчас мы сталкиваемся с ростом преступлений, связанных с использованием оружия. В дальнейшем эта проблема будет все более и более актуальной».

Несложно заметить, что истории садистской жестокости в застенках ТЦК и учебных частях, к возмущению которыми все так привыкли, напрямую уходят корнями во времена, когда по всей ленте соцсетей мелькали избитые и привязанные к столбам люди со спущенными штанами, «преступление» которых заключалось в украденной бутылке пива или пачке сигарет (квартирные воры среди них практически не встречались). Тем, кто боялся воевать, тогда было по кайфу ощущать себя грозными линчевателями в стиле судьи Дредда. Интересно, многих ли из них уже погнали на убой за столь священное для них право частной собственности уважаемых граждан, предварительно тоже подвергнув воспитательным процедурам? Вспоминали ли они, как сами демонстрировали толпой свое превосходство над кем-то, кто не мог за себя постоять в одиночку?

До того, конечно, были многолетние политические репрессии силами СБУ и ручных нациков – вот только в обществе этот беспредел был крайне спорной темой, чего не скажешь о насилии в защиту разбитых витрин на пике патриотического угара. На схваченных защитниками была обкатана и знакомая сегодня риторика ОПшных помоек, что «каждый уклонист – это потенциальный коллаборант или наводчик, поэтому должен быть наказан не только за совершенное нарушение, а и превентивно». Разумеется, сказанное не относилось к тем мародерам, которые лишили харьковский бюджет миллиардов гривен только на дерибане земли по «кооперативной схеме». Этих было приказано оборонять от клятого агрессора и гордиться ими, потому что наш город такой незламный и железобетонный.

Как показывала «Ассамблея» еще в те приснопамятные дни, Харьков первых недель войны переживал огромный общественный подъем: благодаря налаженному взаимодействию частного бизнеса, органов власти и волонтерской самоорганизации даже те, кто не мог позаботиться о себе сам, могли получить на дом еду и медикаменты. Многих тогда спасла эта гуманитарная помощь, в которой наш авторский состав участвовал и лично, и информподдержкой других инициатив (даже поцреотнутых, ибо на кону была жизнь города). Поэтому у нас не наблюдалось такого масштабного разгула хаоса, как это было в южных городах вроде Мелитополя и Херсона, где украинские силовики уже потеряли контроль, а власть ФСБ и Росгвардии еще не укрепилась. Всё же, воспоминания встретивших начало войны в осажденном Харькове позволяют проследить, как нормализировалась маразматичная идея «обеспечения законности незаконными методами», в ущерб более базовым правам:

«Быстро забыли, как в 22-м весело и с огоньком привязывали к столбам мародеров с пачкой макарон. Женщин, мужиков, подростков. Видео же все помнят, с избиениями и унижениями привязанных? Мародерили все, кому не лень. У нас [Прим. ред.: район Студенческой/Героев Труда] все Аттики, Посады, Кисеты обнесли. Даже УкрСибБанк после прилета в 1 ночь. Водоматы и банкоматы. Уж не знаю, воду ли добывали или деньги. Кулиничевские киоски. Даже пенсионеры мародерили, сам видел. Это везде так. Договор с НСЗУ есть, а услуги и лекарства платные. Почему? Потому что банда при больнице ворует.
А когда-то в 2000-х с…здил лавку. Она была поломанная и на нее забили. Подумал, если не я, то кто-то другой. Сделал. Сейчас стоит во дворе.
Сейчас все, кто хотел, уже выехали. Понаехали ВПО. Старых харьковчан в городе, может, треть осталась. Я сам сдаю хаты ВПО. Сюда едут потому, что жилье дешевле, чем везде. Бесплатный проезд. Бесплатные обеды. Бесплатная вода. Есть работа. Все нормальные выехали за границу. Тут либо семейные, у которых мужик не может выехать, либо вернувшиеся, которые не смогли выучить язык. Либо алкаши и нищеброды. Я был таким, когда сейф тащил в час ночи, чтобы сдать в металл и просто пожрать и кота накормить. Его уже вскрыли, сзади была огромная дыра».

«А кто разграбил Экватор? Местные жители. Тачки с Экватора были возле метро Героев Труда. Много в нашем городе гнилых. Ладно еду, а всё остальное? Все торговые точки ограбили, магазины одежды, серебро, аптека, зоомагазин. Из торгового зала вытащили кофе-машины, холодильники. Это как? Грабили. Тянули всё подряд».

«У меня есть знакомый, который с Экватора “разграбил” продуктов, говорил что просто было открыто и дали людям забрать еду. Поэтому хз, что есть правда. АТБ в Лотте открылось 1 марта и гигантская очередь ближе к полудню пока не обстреляли Градами район, по итогу некоторые без еды остались вовсе. В первые недели в этом плане всё было непонятно».

«На втором этаже в Экваторе арендаторов обнесли жители близлежащих домов, которых впустила туда после прилетов администрация… Тупо зашли в торговые отделы и набивали сумки, и вырывали друг у друга среди бела дня… Не наши бойцы, не орки, а вы или ваши соседи, друзья… Ещё и скандалили, когда их из отделов выгоняли, попустились только когда ТрО приехали… Которые, кстати, сказали, что за ночь до этого на Салтовке хозяина, защищавшего свой магазинчик, ножом пырнули… Начальство дало добро людям забирать продукты на первом этаже, когда товар затопило. А охрану (пару-тройку дядек) просто смели. И бегом на верхние этажи, забег был как на завоз в секонде… На третьем этаже спортклуб был, там всё размародерили…»

Фото: Прилеты из РСЗО по Северной Салтовке, 28 февраля 2022 г. Вид с многоэтажки возле торгового центра «Экватор»

Фото: ТЦ «Экватор» спустя три месяца, 25 мая 2022 г.

«Помните, мародеров вязали к столбам, стрейчем и носковали зад до крови и дерьма, никогда не забуду пацана, на Уборевича, возле родника, как гиены на антилопу в Африке, живьем забили, он от кровотечения и умер в подвале, а ведь он, в Кисете разбитом, всего пиво или пачку сигарет взял! Не поверите, даже пару раз это зверство снилось. Гуманитарку и военные даже возили, сам получал, и полиция типа: да что там тебе пара горячих обедов, бери четыре, некому было раздавать, людей практически не было. А у меня ничего не было, ни света, ни газа, ни воды. Мясо поем всё, каши птицам, косточки животным. Много побросали животинок, даже попугаев видели на деревьях.
А в доме соседи закрыли кошку. 2 месяца, не поверите, выжила, побелку хавала, цветы. Но выжила. Я у них спрашивал, типа почему с собой не взяли как уезжали? Они говорят, звали, но не выходила, думали убежала. Оказалось, бедняга настолько испугалась, что забилась где-то пока не отошла, у котов это природное, наверно, затаиться и не шелохнуться.
В каждом дворе можно было дохлых птиц увидеть. Выжившие наглые были, сидишь на лавочке, ешь гуманитарку, даниловским самогоном запивая, а они прям в ногу клюют, типа дай и мне каши.
В конце сентября открылся АТБ, магазины, сказали: “всё, сами дальше”. Все равно им, кто организовывал, готовил, возил, спасибо. Думали, будет Украина другая, честная, а вот ни фига, жаль. Старики многие выжили благодаря им, много молодых ребят организовывались, носили пакеты с гуманитарками, без каких-либо интересов, просто по-людски, верили, надеялись, что всё будет. Тогда шли воевать добровольцами, одевали на бошки каструли Арестовича о незалежності, ми сильні, все відстроїм и пр. До крови из очка избивали пацанов, привязанных скотчем к столбу, сп…дивших пачку сигарет в Кисете. А сегодня пи…т миллионы и святые, сссука, как же я ненавижу эту страну».

«Вечером 24 февраля 2022 у меня возле дома мародеры выбили стекла во ВСЕХ киосках, а мужчины с наших домов их поймали, когда они выносили последний киоск. Долго пытались дозвониться до полиции. Но полиция не приехала. Как вы думаете, что с ними сделали? Голые жопы на морозе тогда часто маячили на фотках. Если ты взял пачку сигарет из разбитого киоска – ты уже вор. Потому что ты за нее не заплатил. Самосуда быть не должно. Но когда в первые дни рухнуло всё, люди сами наказывали тех, кого не могла наказать полиция».

«Грабили скорее всего все, когда я появился на Северной – на тот момент всё, что можно было украсть ценное, было украдено. Лазили только местные алкоголики, в поисках мелочёвки на бутылку. На Тракторостроителей, 3 марта, местная баба и муж с друзьями вскрыли Посад, Кисет, пивной магазин и конфеты. В апреле выпустили их. Та же полиция в апреле-мае возила еду на Северку».

«В конце мая пиво можно было купить, водка из-под полы по 150 грн. Мы покупали спирт в аптеке по 32 грн за 100 грамм и бодяжили с водой 1 к 1. Аптека напротив церкви на медкомплексе. А так Посад, АТБ, Кисет и т.д. что не размародерили в первый день – продавали остатки и закрывались, в начале марта было туго и с продуктами, и с сигаретами. В моем доме на три подъезда жилых квартир осталось штук 10. Пустые улицы. Народ к концу мая стал возвращаться и то далеко не все».

«Мы приехали в марте с СС на Новые Дома. Люди рыскали по улицам в поисках продуктов. Мы стояли в очереди 3 часа за хлебом – продавал частник на территории инфекционной больницы. Такие же очереди были в Рост, аптеки и пивнушки. Под подъездами гуляли бабушки на скамейках и дети на площадках. Было слышно отдаленные бахи. После Северной это был отдых, наверное».

«В 522-м микрорайоне весь март по ночам киоски выносили, RedCat пивнуху вообще в течение 5-10 минут после прилета Градов начали ломать. Кто ломал – хз, но соседние киоски ломали подготовленные люди на Газели. Да, на аллее киосков за большим Посадом первым вынесли один киоск, ломали его долго, настойчиво, несколько ночей, приезжали даже какие-то чуваки на Газели с инструментами. Но самое занятное было после одного вечернего прилета Градов, в течение полчаса после прилета начали крушить все оставшиеся целыми киоски. Не поломали киоск с зоотоварами и хлебный… И да, полиции не было и близко, видел их только пару раз днем на районе, в один из разов они даже каких-то мужиков с теликом повязали».

«Я видела, как мусора выносили сигареты из сигаретных киосков в центре. В Кисете возле Фокстрота на Гагарина, например, в табачке на переулке Армянском. В отличие от б…дей мусорских… местные, которые после мусоров зашли в киоски, разнесли сигареты по соседям, которые курят. Бесплатно, кстати. От мусоров такого движа мы не видели».

«Не знаю как в центре. 28 февраля на Новых Домах, от м. Дворец спорта в сторону “Звезды” и по кругу по Дивизиям на Рыбалко и во дворы – Приус и бус мусорской вскрыли все сигаретные киоски. Подобное было на Гагарина в районе Зерновой».

Фото: Задержание мародеров, пытавшихся угнать Porsche из харьковского автосалона. 8 марта 2022 г.

Однозначного отношения к народным экспроприациям нет даже в революционном анархо-коммунизме. Кто-то считает их способом хотя бы частичной реализации социальной справедливости, кто-то, наоборот, крайней формой рвачества и эгоизма. «Мы не должны забывать при этом, чтобы не впасть в чисто босяцкое понимание экспроприации: не нужно забывать того, что как ни законна кража, она не имеет в себе ни капельки революционности и на йоту не затрагивает устоев буржуазного общества. Эти устои могут и должны быть разрушены только одним способом – путем всеобщей всенародной экспроприации не только торгового, но и промышленного, и финансового, и земельного капитала, – разъяснял в 1907-м Даниил Новомирский (Яков Кирилловский), сам участник ряда эксов и терактов в Одессе. – Начиная красть вначале с целью только в случае голода раздобыть необходимое, рабочий вскоре пристращается к наживе, развивает в себе самые дурные страсти и в конце концов иногда превращается в такого же эксплуататора, как и всякий другой жадный и развращенный собственник. Эти соображения должны избавить нас от крупной опасности – идеализации кражи» (вот полный текст, если кому надо). В свою очередь, кражи жизненно необходимых благ, будь то продуктов из магазинов или бытового газа из сетей, опираются на нормы, сформировавшиеся в мещанском обществе позднего СССР: «пусть власти воруют, но и нам воровать дают», «кто не обворорывает государство – тот обворовывает свою семью», «уходя с аэродрома, свисни что-нибудь для дома»… Заставшие те времена рассказывают:

«Я жила на Донбассе, так вот, о том, что было в каждом дворе, можно было определить, где работает папа-мама. Моя соседка работала на молокозаводе, поэтому у них дома была сметана, которая застывала в холодильнике в масло, молоко, из которого взбивали масло, вкусный не кислый сыр, в котором было много изюма. А вот другой сосед работал на стройке. У него было много цемента и песка. Поэтому у него покупала вся улица, часто меняя на то, чего не было у соседа.
Каждый нес с работы что-то домой. Не важно зачем. Просто это была позиция. Воровали на работе, у соседей, в погребах, на дачах, в полях, в колхозах, на шахтах, на заводах, в магазинах. Советский человек не мог не красть. Семьи, где воспитывалась честность, просто обсмеивали и считали дураками.
“Не украл – жизнь зря прожил” – эту поговорку я слышала на Донбассе, слышу и сейчас в селе, где народ с азартом тащит кукурузу с поля агрофирмы, при этом имея и свои паи, и свою землю. Так как считается, что урожай со своей земли – это не прибыль, прибыль это то, что удалось украсть.
Истории о несунах в СССР шокируют и масштабами, и изобретательностью, и тем, как власть “боролась”, сажая укравшего колосок и отпускавшего укравшего вагоны. Ведь тот, кто воровал хорошо, мог заплатить и милиционеру, и судье. Поэтому несуны воспитали следующую цепочку – коррупционеров, покрывающих все их преступления.
Сколько в СССР было несунов в процентном соотношении? Я думаю, что это 80% населения, или даже больше. Ведь воровали уборщицы в школе, и работники спиртзаводов, и даже работники фабрик по производству игрушек. Воровали товаром, воровали приписками, воровали разводя продукцию, занижая качество, но это на предприятиях, а вот дальше… Дальше воровали обвешивая покупателя, обманывая. Как там “губит людей не пиво, губит людей вода” – так смешно было, ведь все, кто любил квас и пиво знали, что они разведенные водой».

«Молока было очень много, хватало всем принести домой, доярки носили. Жирность не было смысла занижать, оно стоило копейки. Забирали и молоко, и кур с птицефабрики. Металл с завода. “Ты хозяин, а не гость, унеси хотя бы гвоздь”(с) Советский человек очень особенный, специфику того времени практически нельзя объяснить, если там не жил. Работница идёт на птицефабрику, возвращается, в сумке 4 курицы. В школе готовят обед, домой несут продукты. С завода несли металл или какие-то поделки через дырку в заборе. Система была устроена таким образом, что это были мелочи, досмотра карманов, как сейчас на заводе, не было. Дачи строителей днепропетровского метро построены из мрамора. Теоретически были государственные суды и товарищеские суды. И кого-то даже сажали. Смотрели сквозь пальцы если украл что-то мелкое.
Вы не понимаете, шо такое “негде купить” или “стоять с мамой весь день, чтобы купить пачку масла в одни руки”. А перед тобой оно закончилось. Конечно, дети партийных работников скажут, что у них все было в Советском Союзе. Точно так же, как мне в Facebook приходят комментаторы-киевляне, которые, может, в Верховной Раде работают. И рассказывают, что можно купить всем EcoFlow и не страдать от отключений света. А еду заказывать в доставке из ресторана.
И воюют сейчас кланы, семьи бывших советских партийных руководителей. А мирные люди (мы с вами) – это их ресурс, “новое золото”. Они друг с другом переженились давно. Видите, как прицельно прилетает по предприятиям, именно каким нужно? Российское руководство обыкновенные людоеды. И наши не меньше. Когда объявят перемирие, они будут обниматься и целоваться, вот увидите. Буйных уже нет. “Все ушли на фронт” (с)
Купить в магазине стройматериалы и многие товары было нельзя обычному человеку. Варили на заводе многие нужные в хозяйстве вещи, у меня прабабушкины кастрюли из нержавейки. Тачки-кравчучки, не такие хлипкие как сейчас, а вечные. Какую-то деталь можно было заказать у знакомого токаря. Ну, у нас была стройка. Это сложно объяснить, это целая культура, были журналы, в которых публиковали схемы самоделок. Кто-то смеётся, что советские люди делали всё из г…вна и палок, но люди многое умели делать руками и оно работало, было много инженеров-изобретателей. Мой прадедушка после войны работал на вторчермете, из металлолома собирал мотоциклы BMW, несколько штук собрал, потом продал, купил машину, телевизор, построил шлакоблочный дом (шлак дали бесплатно на заводе). Был механиком, постоянно, помню, кому-то перебирал моторы дома в гараже (частный дом, в цокольном этаже гараж). Бензин был бесплатный, ему давали знакомые водилы.
Наша семья была беспартийная. Обычных строительных магазинов не было, стройматериалы “доставали”, считалось, что население должно жить в готовых квартирах, а индивидуализм в совке преследовался и высмеивался. Мама работала в отделе снабжения, я сейчас директор торговой фирмы в Днепре. Даже нам “выписать” стройматериалы было практически невозможно. Можно было за бутылку водки или самогонки у кого-то сп…дить, или вырастить, например, клубнику, продать её на базаре очень маленькими партиями, накопить денег. Так мои родственники из Никополя накопили 100 тысяч “на книжке”, сбережения в 90-е пропали».

«У человека такой вопрос. Можно ли продать советские микросхемы? Когда-то давно украл целый мешок. Работал в ВОХР. Охранял один институт с суперкомпьютером. И были у него ключи от склада. Зашел, жменю микросхем в карман. Молодой был, горячий. В СССР все это добро контейнерами на свалку отправляли. Я как-то, регулярно посещая свалку Хартрона (это как послеобеденный променад был), надыбал контейнер с ЭТО-4 (7 долларов/шт в начале 90-х), на тот момент ценности не знал, но нагреб в карман. Потом надыбал вываленные на дорогу ДП (5 гр. серебра в каждом), потом россыпи КМ (сдавал в начале 90-х по 700 долларов/кг). Кучи разъёмов РС с золоченными контактами. Все шло на “демилитаризацию” и дальше по карманам тех, кто “демилитаризировал”».

«Кондитерская фабрика за Благбазаром была, сначала называлась им. Крупской, а потом переименовали в Октябрьскую [Прим. ред.: на самом деле это были разные фабрики – одна на улице Конторской и обанкротилась в 90-х, другая на Кацарской и существует по сей день]. Была еще “Красный Октябрь” в Москве, но наша харьковская считалась лучшей. Выносили не только шоколад, но и масло – какао и сливочное, и яички, там же и печенье делали. Не знаю как, но вообще по договору с проходной, охраной – всем хотелось хорошо жить. К нам в РСУ-57 приносили и предлагали покупать по сниженной цене, приносили не только плитки, а целые куски настоящего шоколада, кто хотел, тот и покупал. Шоколад же вырабатывается сплошным, а потом при определенной температуре добавляют масло, сахар, я так думаю, разливают в формы плиток, он довольно горьковатый, но очень приятный, нежный и аромат обалденный, а что такое отколол кусок с килограмма, спрятал и неси. На проходной свой человек, дал, может, 1 рубль, а может, больше, не знаю, но устроиться работать на проходную вахтером было сложно. Это  были богатые люди, за сутки они имели две месячных зарплаты, но когда бывал рейд милиции и ОБХСС, они сообщали по цехам. Тогда шли все пустые, но если не получалось предупредить, то попадались многие, их кого увольняли, кого штрафовали. На мясокомбинате тоже свои люди были, такое время было, брежневское. Через забор летали сумки только так. При Сталине даже воробьи шепотом летали, никто и в мыслях не мог взять, тюрьма была бы обеспечена».

Фото: А это жительницы Суджи в Курской области выносят еду и бытовую химию из брошенных магазинов во время вторжения ВСУ в августе 2024-го. Один народ, одна Слобожанщина!

…Харьков смог приспособиться и научился выживать рядом с пришедшим нести смерть «русским миром». До сих пор сохраняющиеся у нас социальные программы для бедноты, как бесплатный проезд в транспорте или бесплатная выдача горячего питания в школах – это не заботливость сивого барыги, а память о днях, нагнавших страх на городскую власть. Можно сказать, 4 года назад до нашего края ненадолго докатилась волна протестов против роста стоимости жизни, шагающая по планете уже который год – от Марокко до Южной Америки, от Индонезии до Анголы, от Казахстана до Панамы, от Франции до Кении. В мировой войне, которую капитализм ведет против человечества, он тут и там сталкивается с контрударами. Без программы обобществления средств производства и упразднения наемного труда они имеют не больше шансов изменить мир, чем французские голодные бунты времен абсолютизма – которые, однако, постепенно переходили от вопросов выживания к языку прав человека и заложили почву для событий 1789 г. Похоже, в этом году за рамки цветной революции уже вышла часть иранских протестующих. Одно восстание погасло – вспыхнут новые. Что будет дальше – зависит в том числе от того, какие выводы сделают прочитавшие эти строки.

ОРИГИНАЛ: https://assembly.org.ua/zlost-seryh-ulicz-ot-grazhdanshih-ekzekuczii-k-p...